smyslov_a (smyslov_a) wrote in msk_tsaritsino,
smyslov_a
smyslov_a
msk_tsaritsino

Category:

История Царицына. Семен Лукьянович Стрешнев

Лукьян Степанович Стрешнев, вотчинный владелец Черногрязья, предположительно умер в 1650 г. Именно в этом году его вотчины были переписаны на его единственного сына, Семёна Лукьяновича Стрешнева. Это был чрезвычайно умный и одарённый человек, но на его долю выпала очень сложная судьба, хотя в юности, казалось, что у кого у кого, но у него то, она должна была быть безоблачной.

Семён Лукьянович Стрешнев был единственным родным братом царицы Евдокии Лукьяновны. Во время царской свадьбы в феврале 1626 г. ему было не больше 10 лет. В том же году он был взят в стольники к царице, которая окружила брата своей заботой и любовью. К празднику Рождества Пресвятой Богородицы она велела сшить брату два богатых кафтана: праздничный и будничный. Праздничный кафтан по оценке Мастерской царицыной палаты стоил немалых по тем временам денег – 34 рубля 22 алтына. Он был из турецкого золотного атласа, на груди располагались восемь образцов (род запонок), низанных жемчугом. Будничный кафтан был сшит из червчатого (багряного, багрового, ярко-малинового цвета) киндяка (киндяк - набойка) на меху бурых лисиц с нашивкою, тканною в кружки из серебра, с шёлком. Воротник был из золотного атласа по червчатой земле (основе). Находясь в дворне своей сестры-царицы, Семён Лукьянович получил великолепное для своего времени образование, был начитан и хорошо разбирался в вопросах богословия, так как Евангелие, Ветхий завет, труды святых отцов и жития святых - были главными учебниками молодых людей.

На государевой службе юный Семён Лукьянович впервые отмечен, когда ему исполнилось 15 лет, 17 мая 1631 г. на приёме шведского посла Антона Монира. А в девятнадцать лет, в 1635 г., мы находим его уже среди царских стольников, в числе участников приёма литовского и персидского послов.

Женился Семён Лукьянович Стрешнев 21 мая 1637 г. на княжне Марии Алексеевне Лыковой, дочери стольника князя Алексея Фёдоровича Лыкова. Предполагают, что сосватал пару сам царь Михаил Фёдорович. По придворному обычаю, сложившемуся среди самых близких к царю людей, 15 мая жених и будущий тесть явились к государю с приглашением на свадьбу и получили от него подарки: по кубку серебряному в два фунта веса с лишком каждый; по портищу «золотнаго» атласа: Стрешневу – «лазореваго» цвета, Лыкову - «червлёнаго» (красного) и каждому по сорока соболей. На другой день после свадьбы царь подарил новобрачному образ Благовещенья Пресвятой Богородицы в благословение, а также «кубок серебряный весом в 3 фунта; атлас по серебряной земле золото, портище атласу обычнаго, портище камки червленой, портище желтой и сорок соболей, всего слишком на 123 рубля». Но, несмотря на близкое родство с царской семьёй, Семён Лукьянович не сделал карьеры при царе Михаиле Фёдоровиче.
Купленная его отцом, Лукьяном Степановичем Стрешневым, подмосковная вотчина получила название Чёрная Грязь по названию самой крупной пустоши. Первое упоминание вотчины под этим названием относится к 1643 г. Центром вотчины в то время была небольшая деревня Казаринова. Прилегающие пустоши и леса изобиловали дикими зверями. В деревне Казариновой, где находился вотчинный двор Стрешневых, ими был обустроен псарённый двор, где проживали крепостные кабальные псари, и пять дворов псарских. Становится ясным, что основным видом охоты была охота с использованием собак. Почасту здесь занимался охотой со своими друзьями и Семён Лукьянович Стрешнев. Подбирал к себе в друзья Семён Лукьянович единомышленников, но, учитывая, что он, будучи родным братом царицы, занимал в государстве очень высокое положение, друзьями его становились лишь те, кто не мог перечить мнению своего высокого патрона.

В 1643 г. Семён Лукьянович Стрешнев пригласил на охоту в Черногрязскую вотчину своего друга и земляка мещанина (не в смысле сословного положения, а уроженца г. Мещовска), которому он оказывал своё большое расположение, Ивана Ивановича Бегичева, сына уже упомянутого нами Ивана Бегичева, отличившегося в Смутное время при освобождении Москвы от поляков и погибшего от рук татар на посольском посту в Крыму. Иван Иванович Бегичев, по всему видимо, также был человек высокого ума и начитанности, хотя по христианскому смирению почитал себя человеком простым, не разбирающимся в богословских вопросах.

На пути на охоту между Семёном Стрешневым и Иваном Бегичевым зашёл разговор на богословские темы. По свидетельству Ивана Бегичева, он на мнение Семёна Стрешнева о том, что пророк Моисей телесным образом видел на горе Синай самого Бога, выразил точку зрения, что человек не может видеть (зреть) Бога: «Коя нужда Богу беседовати к людям и явитися Самому, кроме плотскаго смотрения, возможно бо есть и ангела послати да тоже сотворити по воле Его...». Семён Стрешнев же, не уважая чужого взгляда, обвинил Ивана Бегичева в богохульстве и отступлении от христианской веры, якобы Бегичев вообще отрицает «Божие на землю схождение и воплощение».
Отметая эти опасные обвинения, Иван Бегичев сам порицал Стрешнева и его друзей в том, что «нельзя основываться только на букве Писания, что следует сокровенное в Писании разследать не по букве, но по смыслу или по духу, ибо «дух живит разумение, а буква писмени умерщвляет, отчего и в ереси впадают, как и ныне многие пострадали от такового недоумения, так и ты, милостивый государь Семен Лукьянович, не притыкайся о сем едином, яже видех писано, что глагола Бог с Моисеем лицом к лицу, и не стой на одной ноге да не явишься постромен и всюду зыблем, но приступи и на вторую (ногу) и пойди далее...».

В 1644 г. Семён Лукьянович Стрешнев находился в Москве при царском дворе в качестве чашника, то есть лица, ответственного за обслуживание званных царём на обед лиц, участвовал в приёме датского королевича Вальдемара (Вольдемара), который приехал в Москву 21 января 1644 г. сватать за себя царевну Ирину Михайловну. Сватовство принца оказалось неудачным. Царь Михаил Фёдорович настаивал на перемене веры принца – принятии им православия. Уже 6 февраля по этому вопросу затеяли переписку, но королевич категорически не соглашался, и готов был тотчас уехать домой. Тогда царь усилил его охрану под предлогом исключения опасностей, связанных с празднованием Благовещения Пресвятой Богородицы, когда народ, якобы, предавался всякому буйству. 9 апреля 1644 г. для принца устроили охоту. Семён Лукьянович Стрешнев считался и начитанным богословом и опытным охотником. Поэтому именно его, а также известного царедворца и однофамильца боярина Василия Ивановича Стрешнева, а также ловчего направили сопровождать принца в трёхдневной охоте. Их задачей было уговорить Вальдемара принять православие. Но эта миссия, как и многие другие усилия в этом направлении, оказалась неудачной. Нам же интересно было предположить, что охота вполне могла быть и в Черногрязской вотчине Стрешневых. На это обстоятельство указывает присутствие на охоте Семёна Лукьяновича, а также то, что на охоте был ловчий, то есть главный или старший над псарями псарь, который управлял всем порядком псовой охоты. А именно в своей Черногрязской вотчине Стрешневы устроили большое псарское хозяйство.
Родной дядя царя Алексея Михайловича, Семён Лукьянович Стрешнев, в первые годы нового царствования был весьма приближен к царскому трону и числился в его комнатных стольниках. Эта должность позволяла ему участвовать в различных дворцовых церемониях. 13 августа 1645 г. провожали датского королевича Вальдемара. Царь Михаил Фёдорович насильно удерживал принца в Москве, где он прожил более полутора лет, сдружившись с царевичем Алексеем Михайловичем. Его освободила только смерть царя Михаила Фёдоровича 12 июня 1645 г. Новый царь Алексей Михайлович, не желая дольше удерживать принца, решил окончательно выяснить желает ли он принять православную веру, чтобы жениться на царевне Ирине, но получил отрицательный ответ. После этого молодой царь послал к принцу Вальдемару хорошо знакомого ему по псовой охоте Семёна Лукьяновича Стрешнева с известием, что брак состояться не может, и принц стал готовиться к отъезду.

Церемония встреч и проводов иноземных послов и царственных особ была чётко регламентирована. К встречаемой или провожаемой особе прикрепляли приставов, неотступно за ней следовавших. После того как встречаемая особа прибывала к царскому дворцу, к карете или лошади высылалась так называемая «передняя встреча», которую составляли князья, московские дворяне и дьяки. При встрече Вальдемара у дворца, который прибыл к царю «на отпуск» была выслана «первая меньшая встреча на рундуке у лошади». «Другая середняя встреча, на лестнице» во дворец назначалась из более знатных царедворцев, иногда бояр. Царь встречал королевича у своего трона. Все лица, участвующие в церемонии: и приставы, и рынды, и бояре, и сам царь по случаю траура были одеты во всё чёрное. Стольник из комнаты Семён Лукьянович
Стрешнев после приёма «с столом ездил от Государя к Дацкому королевичу», то есть привёз принцу царские угощения прямо на дом. Это было вызвано тем, что из-за траура торжественные обеды были полностью отменены.
Tags: История Царицыно
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments