m0tl (m0tl) wrote in msk_tsaritsino,
m0tl
m0tl
msk_tsaritsino

Category:

Аршиновский парк и его создатели (Продолжение)

(Продолжение. Начало тут)

В первые годы после революции

После революции, чтобы сохранить институт и, в какой-то мере, обезопасить свое существование, отец и сын Аршиновы передают свое имущество государству.

Владимир Васильевич Аршинов

1 октября 1918 года появился декрет Совнаркома «О национализации Петрографического института «Lithogaea» в Москве». Владимир Васильевич Аршинов был назначен первым советским руководителем института.
В условиях разрухи основным объектом исследования стали месторождения естественных строительных материалов. Тогда же Владимир Васильевич Аршинов вернулся к преподавательской работе сначала в Московской горной академии, а затем в Московском геолого-разведочном институте.

В Горную академию пригласили одновременно обоих Аршиновых: Владимира Васильевича в качестве профессора, а Василия Федоровича – заведующим её хозяйственной частью. Возможно, и здание для Академии на Большой Калужской (ныне Ленинском проспекте) предложил Василий Федорович, который долгое время был попечителем расположенных в нем Мещанского училища и богадельни.
В 1922 г. В.П. Ногин, возглавивший Всероссийский текстильный синдикат, предложил Василию Федоровичу занять в нем должность торгового консультанта. Там Василий Федорович проработал до выхода на пенсию, став персональным пенсионером и получив все полагающиеся при этом льготы. Он умер в Москве весной 1942 года. По отзывам всех, знавших его в последние годы жизни, это был исключительно приятный в обращении человек, располагавший к себе умом, скромностью, внутренней культурой, тактом и деликатностью.
Но вернемся в год 1918-й. В Царицыне, только что переименованном в Ленино, волостным советом было реквизировано «имение граждан В.Ф. и В.В. Аршиновых в составе 3 дач, дома приказчика, погреба-сарая, конюшни, каретного сарая, пасеки в 51 улей и земельного участка – парка с лугами».

Однако Аршиновы не смирились с потерей подмосковного владения. Во-первых, больно было смотреть, как уничтожается все, что создавалось ими в течение стольких лет. К тому же в условиях жесткого «уплотнения» в городе право  иметь свою пасеку и приусадебное хозяйство для сотрудников института было не только возможностью отдохнуть на природе, но и помогало пополнить в голодные годы свой скудный рацион. Владимир Васильевич Аршинов, опираясь на свой официальный статус профессора Горной академии и руководителя научного института в системе научно-технического отдела ВСНХ, пытался использовать все возможности, предоставляемые новыми законами, чтобы вернуться в Царицыно.

Но сделать это было не просто, поскольку осенью 1919 года на базе аршиновской была создана опытно-показательная пасека. На следующий год началась раздача населению роев племенной рассадной пчелы. Тогда же работа пасеки была отмечена на Всероссийской выставке по огородничеству, садоводству и пчеловодству.

Весной 1920 года в губернский союз сельхозколлективов поступает заявление о регистрации трудовой артели сотрудников института «Литогеа» и Московской горной академии и выделении ей земельного участка с пасекой в Новом Царицыне. Цель создания артели в уставе обозначалась так:  «дать возможность лицам, работающим в научных лабораториях, уделять ради гигиены труда часть времени труду земледельческому». Для своей деятельности члены артели просили предоставить им «земельное владение В.В. Аршинова в местности Царицыно-Петровское, около 14 десятин... два смежных участка земли бывшего удельного ведомства, состоявших в аренде В.Ф. Аршинова, мерою около 4000 кв. сажен  с находящимися на них тремя дачами и службами… участок земли, мерою около Ѕ десятины, принадлежавший крестьянам села Царицыно, сданный ими в аренду под дачи Петрову и пересданный Аршинову…».

В просьбе было отказано, «принимая во внимание, что большинство членов артели не являются трудовым и земледельческим населением и претензия их на пасеку носит характер не ведения хозяйства, а представляет лишь разумный отдых». После очередного отказа властей появляется следующий  документ:

«В Московский Уездный Исполком

Прошение
Профессора и члена президиума ученого совета Московской Горной академии и члена коллегии Института физико-химического исследования твердого вещества научно-технического отдела Высшего Совета народного хозяйства Владимира Васильевича Аршинова.

Дача АршиновыхПрошу Уездный Московский Исполком отменить постановление Земельного отдела по моему делу за № 1167, которое рассматривалось в заседании 25/IV-1921 г., и разрешить мне один-два раза в неделю по праздникам останавливаться и ночевать в одной из комнат дач показательной пасеки в ленинском поселке. Отказ мне иметь для летнего отдыха комнату среди парка, который я насаждал в течение 20 лет, является в высшей степени несправедливым.

Отдавая все свои силы и знания делу служения науке и технике я считаю такой отказ незаслуженной обидой и объясняю его тем, что члены коллегии земельного отдела не были в курсе дела и положения вещей.

Гражданин Владимир Аршинов 26/IV 1921 г.».

Разбирательство продолжалось еще полтора года. 4 октября 1922 года Земельная комиссия УЗО вновь рассматривала «Дело по ходатайству гражданина Аршинова о возвращении ему пасеки при ст. Царицыно». Владимир Аршинов снова настаивает, «что он много положил труда на участок, занятый пасекой, так же как и его отец, каковому принадлежал этот участок». Сосед по Петровскому поселку Пичугин подтвердил это, заявив, «что Аршинов культивировал землю частью наемным, частью личным трудом». Но доводы заведующего отделом земледелия В.И.Вавилова, что пасека находится в прекрасном состоянии, а «Литогеа» «не компетентна» и в случае передачи «пасека не принесет государственной пользы», оказались весомее.
Несмотря на тяжбу, местные власти активно использовали аршиновские владения в хозяйственной жизни: выдавали разрешение на покос, хотя запретили выпас лошадей стоявшей неподалеку воинской части. В январе 1921 года исполком Ленинского районного Совета предоставил товарищу Тараканову «для показательной обработки земли» «аршиновский участок в Новом Царицыне, на котором имеется оранжерея и 3 комнаты для жилья». Это последнее известное нам упоминание об аршиновских оранжереях.

Неприкосновенный памятник природы
для…  выпаса скота

В марте 1923 года институт «Литогеа» решено преобразовать в Институт прикладной минералогии и петрографии, его директором назначается Н.М.Федоровский. Раздражающей местные власти фамилии Аршинова уже нет, поэтому без особых сложностей осенью того же, 1923 года Аршиновский парк был передан Московским земельным отделом Институту прикладной минералогии и петрографии «в арендное пользование» сроком на три месяца (срок договора был затем продлен еще на три с половиной месяца), при этом на ордере имеется приписка: «Передача дач Аршиновых не состоялась, так как […] дачи сданы по договорам […] разным людям». По данным на 1923 год, из четырех дач Аршиновых заняты были только три – агрономом, ветеринаром, сторожем, а одна была свободна, и ее вполне могли бы дать Аршиновым для летнего отдыха.

К этому времени и дела на пасеке заметно ухудшились, поэтому в апреле 1923 года ее всё же передали Петрографическому институту «в арендное пользование» на 12 лет. По договору, институт «принимает на себя обязательство беззамедлительно принять меры к восстановлению пасеки». Пасека должна была стать «научно-показательной с ведением практических курсов по пчеловодству», а «рои и матки должны раздаваться местному населению с целью распространения пчеловодства».

В 1934 году при образовании в Бутове Института пчеловодства Аршиновская пасека вместе с Измайловской пасекой и пасекой Тимирязевской академии вошла в ее состав. После войны институт перевели в Рыбное (Рязанская область).

В феврале 1924 года Отдел охраны природы наркома просвещения выдает следующий документ:

«На основании декрета Совнаркома от 16/сен. 1921 г. … «Об Охране памятников природы, садов и парков» Главнаукой по Отделу охраны природы признан неприкосновенным памятником природы акклиматизационный парк, находящийся в Ленинской волости Московск. уезда и губернии /быв. Аршинова/.

Никакие порубки и изменения в насаждениях на указанном участке недопустимы. Наблюдения за акклиматизационным парком поручаются Институту прикладной минералогии и петрографии».
Как долго длилось это «наблюдение», пока установить не удалось.

В 1923 году при преобразовании института «Литогеа» в Институт прикладной минералогии и петрографии в его распоряжение передается Царицынский опытный завод (ныне Московский завод полиметаллов в Москворечье). На следующий год, узнав, что одна из занятых ранее дач освободилась, в земельный отдел была подана новая просьба – предоставить дачу для проживания и отдыха «служащих Царицынского опытного химического завода научно-технического отдела ВСНХ». И снова отказ.

Золотая свадьба АршиновыхБольше попыток вернуться в Царицыно Аршиновы, по-видимому, не делали, хотя и продолжали ревниво следить за судьбой своего детища. В архиве Владимира Аршинова сохранилась вырезка из районной газеты за 1935 год «В бой за коллективизацию», в которой были подчеркнуты строки об Аршиновском парке:

«В том же Пролетарском районе есть, или вернее был, так называемый «аршиновский парк».
На посадку этого парка когда-то много было затрачено рабочего труда, много было пролито трудового пота. Здесь выросли редкие виды ценнейших пород деревьев: пихты, лиственницы, гигантские тополя, редчайшие породы елей и сосен, привезенных с Дальнего Востока и из заграницы.
Стоят они многие десятки тысяч рублей.
Этому маленькому парку позавидовал бы и большой город.
Не откажется от этого зеленого уголка и новая Москва, в которую, в недалеком будущем, вольется наш поселок.
Но не так думают горе-руководители поселкового совета. С их попустительства парк заброшен, ценнейшие деревья гибнут.
Правда, на одном дереве лет 10-15 тому назад заботливый «благоустроитель» прибил доску, на которой начертал:
«Ходьба по траве и пастьба скота строго воспрещается, за нарушение штраф 25 руб. 50 коп.».
Но ни 25 рублей, ни 50 коп. – не действуют. Пасутся и коровы и козы, щиплют траву, обгладывают деревья. Ходьба по траве продолжается, но что делать: дорожек в парке нет. Нас возмущает другое – это хищническое уничтожение ценнейших древонасаждений. Спиливаются и обламываются верхушки пихт. Около пасеки Института пчеловодства срубаются ветви лиственниц.
В парке был хороший пруд. Уже несколько лет как он высох. В прошлом году какой-то «изобретатель» умудрился на дне пруда посадить картофель. Но руководители нашего поселкового совета никак не умудрятся вновь наполнить этот пруд водой. Карпов надо разводить в пруду, а не картофель! Надо прекратить преступное разрушение парка Пролетарского района. Этот парк должен стать одним из прекраснейших уголков поселка Ленино».

На даче Аршиновых

Надо сказать, что уже в середине 20-х годов Аршиновский парк, тогда еще безымянный, стал местной достопримечательностью, которую отмечали путеводители. В 1926 году «Иллюстрированный путеводитель по окрестностям Москвы» отмечал: «…в Петровском поселке, отстоящем от Царицынской платформы в Ѕ кил., очень любопытен молодой парк, растимый по типу заграничных культур садоводства».

Любовь Ерёмина,
старший научный сотрудник
ГМЗ «Царицыно». Фотографии из архива ВИМС
Tags: Аршиновский парк, История Царицыно, История в фотографиях и кинохронике
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments